Казань выразительно являет в своём облике взаимодействие Востока и Запада, очень ощутимое в том числе в архитектуре. Пример тому — Богоявленская колокольня, впечатляющее сооружение, без которого немыслима Казань, как Париж без Эйфелевой башни. Её история полна загадок и драматических событий.
Восьмигранный столп колокольни Богоявления украшен стройными полуколоннами и барабаном с главкой. Внутри столпа имеются несколько маршей лестницы, первые три кирпичные, с металлическими перилами, а все другие — деревянные. По ним поднимались звонари, а может быть, и дозорные… С шестидесятивосьмиметровой высоты колокольни хорошо видно, как широка и величественна древняя Казань.
Богоявленский собор был заложен (об этом свидетельствуют писцовые книги), как и Благовещенский собор в Казанском кремле, в середине XVI века, после присоединения Казанского ханства к Московской Руси. Из писцовых же книг мы узнаём, что собор был деревянным и располагался на месте пролома во внешней, южной стене города. Здесь стояли ворота, и отсюда позже начиналась Большая Проломная улица, ведшая к Кремлю.
Собор часто перестраивался, страдая от многочисленных жестоких пожаров. Точная дата постройки каменного собора неизвестна. Первое упоминание о нём датируется 1730 годом — надпись на святом антиминсе, найденном в престоле храма.
Храм был освящён в 1651 году. После его утраты в результате очередного пожара он был вновь построен в 1730 году, этим казанцы обязаны купцам Ивану Михляеву и Сергею Чернову. Оба были истинными представителями петровского времени: энергичные, предприимчивые, просвещённые, они радели за славу Отечества. При их участии в Казани
были построены Петропавловский собор, доходный дом Михляева, церковь Святой Евдокии, сохранившиеся до наших дней.
Богоявленский собор возвели в честь праздника Святого Богоявления, который отмечается православной церковью 19 января — день, когда Иисус Христос принял водное крещение. Этот праздник носит ещё название Крещения Господня.
В начале XX века собор был прямоугольным сооружением, бесстолпным, шестиглавым, золотые купола луковичной формы сияли, переливаясь на солнце. С западной стороны, с улицы Островского, возвышалась стройная шатровая колокольня, а с северной стороны к основному зданию примыкала вплотную другая церковь — Святого Апостола Андрея Первозванного, рядом размещалось небольшое кладбище.
В 30-е годы XX века эта небольшая церковь была уничтожена, а церковные и кладбищенские камни пошли на облицовку тротуаров и укрепление оврага на улице Первая Гора, ныне улица Ульяновых. Это известно из рассказа Ольги Арнольдовны Бренинг. С 30-х по 50-е годы в здании собора находились склады, во дворе — зверинец и цирк, позже — спортивный зал Казанского университета. В 1996 году собор был возвращён церкви. Возобновилось богослужение, начались реставрационные работы. Каждый год 14 февраля, вдень рождения Ф.И. Шаляпина, в соборе проходит служба в память о великом нашем земляке, который был крещён в нём.
История колокольни начинается с того, что казанский купец Иван Кривоносов, умерший в 1892 году, завещал тридцать пять тысяч рублей общине Богоявленского храма, оговорив двадцать пять тысяч из них на строительство новой колокольни. Решено было поставить её у алтаря, на красной линии, то есть у ворот, на месте небольшого болотца.
В газетах был объявлен конкурс на лучший проект колокольни, но он не получился, потому что один из проектов, предусматривавший высоту колокольни в шестьдесят две сажени (приблизительно шестьдесят четыре метра), сразу поразил воображение и репортёров, и заказчиков. За него проголосовала вся община.
Кто же был автором проекта?
В литературе называются три имени: Михайлов, Руш, Малиновский, но предпочтение отдаётся архитектору Михайлову, а Руш отвергается по той причине, что «не мог лютеранин, иноверец быть творцом православного храма» (так утверждает краевед Борис Ерунов в статье «Загадки Богоявленской колокольни», опубликованной в газете «Казанские ведомости»).
Но архивные документы убеждают в обратном: именно Генрих Бернардович Руш, классный художник третьей степени по архитектуре — автор проекта Богоявленской колокольни (он же спроектировал в Казани Дом Кекина, Александровский пассаж, здание земской управы и т. д.), а младший гражданский архитектор М.Д. Михайлов осуществлял надзор за строительством.
Этой колокольне не повезло с самого начала. Ещё на стадии проектирования она вызвала резкие возражения. Недружелюбие части казанского общества по отношению к Г.Б. Рушу выразилось в «замечаниях к первоначальному проекту», хотя у некоторых членов Строительного совета (особого совещательного присутствия по Строительному отделению Казанского губернского правления), в том числе и у архитектора М.Д. Михайлова, существовало «особое мнение» на этот счёт.
Тем не менее первоначальный проект Рушем был доработан и 14 июля 1894 года утверждён Строительным отделением Казанского губернского правления.
Земляные работы начались в ноябре 1894 года. Очень тщательно укреплялся котлован и закладывался фундамент, на который ушло десять из тридцати пяти тысяч завещанных денег.
Казанцы, наши прабабушки и прадедушки, внимательно следили, как растёт в высоту это кирпичное сооружение. Возможно, как и мы, недоумевали, почему вдруг в городе, застроенном одно-двухэтажными домами, взметнулась ввысь такая громадина? Неужели это только каприз архитектора? И какая роль была уготована этой колокольне — только ли быть звонницей? И почему здание ориентировано не на восток (как этого требовал православный канон), а на юг, как мусульманская мечеть? На эти вопросы сегодня нет определённого ответа.
17 августа 1897 года на колокольне был водружён железный с позолотой крест восьмигранной формы высотой две сажени на золотом металлическом шаре весом в семнадцать пудов.
Но чуть раньше, в декабре 1896 года, начато было дело Казанского губернского управления на основании донесения казанского почтмейстера «О наклонном положении Богоявленской колокольни вследствие осадка грунта земли». Проверка шла девять месяцев и закончилась заключением комиссии: «постройка колокольни произведена прочно и правильно».
В конце 1897 года с колокольни сняли леса.
Итак, строительство колокольни продолжалось два года, на него ушло два миллиона кирпичей и пятьдесят тысяч рублей. Хотя в литературе встречается другая дата окончательного завершения строительства —
1909 год. Видимо, какие-то строительные доработки продолжались до этого времени: не случайно необходимость в старой, шатровой колокольне отпала лишь в 1909 году, когда она и была разобрана.
В 1900 году торжественно был осуществлён подъём колокола весом 526 пудов, пожертвованного семьёй купца Кривоносова. Этот колокол привезли с Казанской железнодорожной станции. Поднимали его всем миром.
Большая Проломная улица с 9 до 12 часов 1 октября 1900 года была перекрыта, на ней остановили движение транспорта. Тысячная толпа народу собралась около собора Богоявления. Колокол был установлен в проезде (арке) под колокольней, а затем в прорубленные отверстия пола и потолка помещения второго этажа перекинули через блоки канаты. За концы канатов ухватились нанятые рабочие и мужчины из толпы, и колокол через два часа с небольшим под общее ликование был поднят.
А через неделю на новую колокольню перенесли колокола со старой колокольни.
По воспоминаниям Ольги Арнольдовны Бренинг, жившей в доме напротив, колокола звонили очень громко, и звон их был очень красив, а мелодии разнообразны, в зависимости от события: церковный праздник, заутреня, вечерняя служба или похороны.
В 1902 году на колокольне установили громоотвод — после удара молнии в крест в 1901 году, повлёкшего гибель священнослужителя. Хотя такие случаи встречались нередко, жители города усмотрели в этом факте знак неблагоприятный: «Что-то с колокольней не так…» Тогда же во втором ярусе был устроен, а в 1904 году освящён холодный однопрестольный храм в память Третьего обретения Честной главы Святого Иоанна Предтечи.
Колокольня использовалась и как храмовое помещение, и как звонница. В нижнем ярусе находилась церковная лавка и «место собеседования со старообрядцами».
Колокола звонили до середины 20-х годов. В 1929 году (со слов О.А. Бренинг) большой колокол был снят и разбит у подножия колокольни. С 20-х по 90-е годы — времена гонений на церковь — колокольня не использовалась по назначению. Здесь располагались склады, общежитие (ещё одно несчастье: выпал мальчик из окна второго этажа, по воспоминаниям О.А. Бренинг), затем мастерские, в том числе художественно-архитектурные.
Перед войной 1941 года городские власти решили колокольню убрать, но, видимо, кто-то уговорил тогдашнего председателя горсовета не делать этого; кроме того, кирпичная кладка оказалась чрезвычайно крепкой и понадобилось бы много средств на подрыв сооружения. Об этом рассказывал инженер Александр Иванович Эделев.
В 1999 году старая колокольня, находившаяся в плачевном состоянии, была отреставрирована по проекту архитектора Светланы Тиуновой.
Для колокольни началась новая жизнь. С августа 1999 года здесь разместился Камерный шаляпинский зал, который представляет собой одновременно (и это делает его уникальным) концертный зал и мини-музей с постоянной экспозицией, посвященной выдающемуся певцу Ф.И. Шаляпину.
Высокая и стройная, лёгкая и воздушная, выложенная из красного кирпича с белыми поясками украшений, колокольня построена в модернизированном стиле древнерусской узорчатой архитектуры с заимствованием деталей из восточного зодчества, силуэтом она напоминает и мусульманскую мечеть, и готический костёл, и даже средневековую башню. Колокольню можно считать своеобразной «визитной карточкой» многонационального и многоконфессионального города Казани, что вполне отвечает международному характеру творческого наследия Ф.И. Шаляпина и музыки всех стран и народов, звучащей здесь под сводами колокольни.
И, наверное, символично, что в декор архитектор Генрих Руш ввёл библейские атрибуты в виде шестиугольных звёзд Давида (библейский символ мудрости), а на растяжках главного креста мы видим пятиугольные звёзды Соломона, символизирующие единение, которое в современном прочтении означают призыв к единению людей, вне зависимости от национальностей и конфессий, в стремлении к добру и вере.

Эделева Иннеса Александровна — заслуженный работник культуры Республики Татарстан, директор Камерного шаляпинского зала.
Журнал “Казань” 2002 г. №11-12